Илья Кукулин и Мария Майофис
Ilya Kukulin & Mariya Maiofis

Настроения, все больше распространяющиеся среди демократически настроенных культурных и политических элит России, можно назвать «новым народолюбием». «Народ» тут понимается не в том смысле, как в конституции США – «We, the people…» — а скорее в духе всем хорошо известных традиций русской литературы конца XIX века: как социальное целое, которому внеположна «слишком рефлексирующая» интеллигенция...
Особенно важно в контексте «нового народолюбия» проанализировать точку зрения Анатолия Чубайса. Его выступления 2009-2010 годов дают основания предположить, что за ними стоит не только политическая, но и культурная программа... Признаться, призывы Чубайса «врастать в народ» отдают некоторым мазохизмом, в том числе и потому, что порождены не рефлексией, а литературной мифологией...

Игорь Мартынюк
Igor Martynyuk

В эти жаркие дни уходящего лета думать о каких-то серьезных начинаниях и стратегиях, способных внести желаемые изменения в будущую жизнь, которая вот-вот начнется с падением последнего отпускного календарного листка, совсем не хочется. Входящие имейлы в редакционном ящике вторят этому же настроению, зачастив строками "В данный момент я не могу ответить...", "I am currently out of office..." Впрочем, специфика академического календаря как раз требует обратного - говорить об институциональных хитросплетениях высшего образования и высоколобой науки в преддверии учебного года очень уместно. Елена Гапова зацепила в своем материале верхушку айсберга этих проблем...
Однако проблема заметно усложнится, если посмореть на нее через иную оптику: какую же именно академию следует считать "новой" - ту, которая выстраивает фактически сызнова стандарты исследований, каноны этики ученого-гуманитария и неформальные цепочки "воображаемых научных сообществ" (почти по Б.Андерсону) вне институциональных стен, или ту, которая в последние десятилетия смогла окрепнуть, успешно освоить жаргон международных публикаций и существенно омолодиться благодаря быстрой коммерциализации науки и образования в ВУЗах, институтах академий и даже министерствах, в ранге специалистов, - ее уж точно никак не назовешь "старой", несмотря на привязанность к ресурсной базе советских времен...

Елена Гапова
Elena Gapova

Предложение, от котого невозможно отказаться -

как говорил один известный мафиози, пришло недавно на мою электронную почту. Озаглавленное «Центр научных исследований предлагает услуги по публикации», оно сообщало: Центр научных исследований и разработок EFSC приглашает принять участие в подготовке коллективных монографий и сборников научных трудов...
Приведенный документ, являясь культурным свидетельством, позволяет сделать кое-какие выводы о постсоветской академии. Главный из них состоит в том, что постсоветская академия – или ее часть – осознала приход рынка...

Если же на постсоветском рынке такая «услуга» предлагается, очевидно, что этот «рынок» работает по каким-то другим правилам, хотя правильнее будет сказать, что рынок этот неоднороден. Одну его часть составляет так называемая «новая» академия... Другая часть академии представлена институциями, продолжающими советскую модель производства знания... О чем же свидетельствует существование «двух академий» со своими системами сертификации? О несформировавшейся академической автономии...

"Ab Imperio Quartery: Studies of New Imperial History and Nationalism in the Post-Soviet Space," affiliated with the American Association for the Advancement of Slavic Studies, invites qualified authors to contribute to the journal's autumn issue 3-2010.

The topic of the issue: "Neighbor: Social and Political Encounters in the Imperial Context".

The Editors will be glad to consider proposals from scholars whose research interests touch upon some of (but not neccessary limited to) the following thematic areas and problems:

Редакторы Ab Imperio взяли в июле этого года пространное интервью у историка Российской империи Джейн Бурбанк и историка французской колониальной империи и колониальной и постколониальной Африки Фредерика Купера – авторов недавно вышедшей фундаментальной работы “Империи в мировой истории: власть и политика разнообразия”. Интервью продолжает серию Ab Imperio “Беседы с авторами”, представляющую читателям журнала значимые публикации в области истории империи и методологии истории и социальных наук. Интервью посвящено “Империям в мировой истории” как попытке новаторского переосмысления опыта всемирной истории через категорию империи. При этом исторический опыт евразийских и Российской империй представлен в книге в общем ряду с более конвенциональными в подобных обобщающих трудах западными колониальными империями, что делает книгу еще интереснее для специалистов по истории России/СССР.
Бурбанк и Купер рассказывают о том, как зародился замысел книги в процессе преподавания в университете Мичигана и Нью-Йоркском университете.

Своим главным достижением они считают попытку осмыслить империю как политическую формацию, основанную на политике разнообразия. В книге описаны имперский политический репертуар и роль разнообразных имперских “посредников”, предложен новый взгляд на мировую историю, основанный на том, что большинство населения мира в различные периоды истории проживало в империях и находилось под влиянием обстоятельств империи и/или культуры империи. Соответственно, Бурбанк и Купер стремились поколебать устойчивые представления о естественности и неизбывности нации и национального государства, а также принятые в историографии деления на домодерные (архаические; классические) и модерные империи. Авторы новой книги подчеркивают, что особую ценность в их работе представляет не сама по себе теоретическая модель, но созданный на основе инновационной структуры нарратив, в котором опыт отдельных имперских политических формаций перемежается с изучением наследия архетипических (для отдельных исторических регионов) империй и взаимодействия двух или более империй между собой. Бурбанк и Купер отвечают на целый ряд вопросов редакторов AI, касающихся подходов и оценок, высказанных в книге.

Игорь Мартынюк (Ab Imperio)
Igor Martynyuk (Ab Imperio)

Появление фундаментальных (энциклопедических) изданий, основывающихся на многолетнем историографическом опыте, - явление нечастое в области новой и новейшей истории. Думаю, с этим утверждением согласятся многочисленные исследователи модерновых империй, и особенно те из них, кто поглощен работой в полидисциплинарных направлениях, относящихся, например, к социальной антропологии советского периода или изучению национализма.Трудности, главным образом, упираются не только в различия академических традиций или колоссальность организационной работы с большим коллективом авторов.

Андрей Портнов (Киев, редактор Україна Модерна)
Andriy Portnov (Kyiv, Editor of Ukraїna Moderna)

В течение последнего месяца мне пришлось побывать на двух очень любопытных семинарах: немецко-польско-российском, в Берлине, в центре внимания которого были проблемы памяти о Второй мировой войне, и российско-украинском, проходившем в подмосковном Новогорске и посвященном теме Голодомора.

ANNUAL SEMINAR OF AB IMPERIO QUARTERLY: EMPIRE STUDIES – A ROADMAP FOR THE 2010s

The primary goal of Ab Imperio seminar is to build on the journal’s mission: to bridge the ever-broadening divides between different disciplines, narrowly defined area studies, and national academic traditions. By bringing together scholars from different regional and topical fields, the journal strives to restore a broader historical context that was sustained in the past by the common field, formerly known as “Russian/Soviet Studies.”

Илья Кукулин и Мария Майофис
Ilya Kukulin & Mariya Maiofis

Процесс по делу организаторов выставки «Запретное искусство-2006», начатый в 2007 году, завершился обвинительным приговором. Искусствовед Андрей Ерофеев и музейный работник Юрий Самодуров были признаны виновными в разжигании религиозной вражды и ненависти и приговорены к крупным денежным штрафам.

Кажется, уже все комментаторы, не поддерживающие сторону обвинения, отметили особенно вопиющую особенность этого, в некоторых отношениях вполне показательно-средневекового, процесса. Обвинения в публичном оскорблении религиозных ценностей были выдвинуты против организаторов выставки, которые сознательно затруднили доступ к экспонатам – именно для того, чтобы представленные произведения не могли кого-либо случайно задеть или сконфузить и чтобы их осмотр мог быть следствием только свободного и ответственного выбора посетителя.